К ВОПРОСУ О ПОНЯТИИ "ФИНАНСОВАЯ САНКЦИЯ"

Г.В. МИРОНОВ
кандидат юридических наук, доцент

В последнее время в публикациях на правовые темы, решениях арбитражных судов 2, нормативных правовых актах 3 и иных документах довольно часто используется термин "финансовая санкция". Само по себе его применение у автора возражений не вызывает. Однако неоднозначное наполнение содержания этого понятия порождает определенные проблемы, как в теории, так и на практике.

Наиболее важные из них, на наш взгляд, связаны с решением вопросов, какие меры государственного принуждения составляют содержание данного понятия и к какому же виду юридической ответственности относится финансовая санкция. Поскольку содержание санкции и вид ответственности определяют процессуальную форму ее применения, неопределенность финансовой санкции по отношению к виду ответственности порождает серьезные затруднения в правоприменительной практике.

1 См., например, Д. Бахрах, Л. Кромис. Законность применения санкций за нарушения налогового законодательства. "Хозяйство и право", № 3, 1996 г.; Г. Касьянова. Аренда помещений и земельных участков. "Экономика и жизнь", № 16, 1996 г.; Г. Глазкова, Ю. Фогельсон. Договоры страхования: типичные ошибки при заключении и исполнении. "Финансовая газета (региональный выпуск) ", № 15-17, 1997г. и др.

2 См., например, постановления Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27. 01. 98 г. № 5451/96, от 19. 08. 97 г. № 29/97 и др.

3 См., например, Закон РСФСР "О медицинском страховании граждан в РСФСР", Закон РСФСР "О Государственной налоговой службе" (с изменениями на 16. 11. 97 г., Закон Российской Федерации "Об основах налоговой системы в Российской Федерации" и др.

4 См., например, письма Государственной налоговой службы № 11-05/112 от 6. 05. 96 г., Генеральной прокуратуры № 38-15-96 от 26. 11. 96 г. и др.

Смысловой, лингвистический, сравнительно-правовой, логический и др. способы анализа нормативных правовых актов, действующих в сфере юридической ответственности, а также большого числа постановлений высших судебных органов (арбитражных и общей юрисдикции), показывают, что различные органы их издающие и применяющие, в том числе и федеральный законодатель, весьма различно подходят к содержанию исследуемого понятия. К таким санкциям относят взыскание сумм сокрытой или заниженной прибыли (дохода) либо сумм налога за иной сокрытый (неучтенный) объект обложения', сокрытой или заниженной при начислении страховых взносов суммы оплаты труда, процентов от суммы заниженного налога 3, иных недоплаченных или недоначисленных платежей 4” недоимок по различного рода платежам5, штрафов и пени 6. При этом в различных случаях и одни и те же органы, и разноименные органы по-разному относятся к названным мерам. Так, в постановлении Президиума Высшего Арбитражного

1 См. Закон РСФСР "О Государственной налоговой службе РСФСР" (с изменениями и дополнениями от 16 ноября 1997 года).

2 См. Инструкцию "О порядке начисления, уплаты страховых взносов, расходования и учета средств государственного социального страхования" (с изменениями и дополнениями на 12 декабря 1997 года).

3 См. Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12 ноября 1996 года № 3069.

4 Так, в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 9 сентября 1996 года № 5114 упоминается о взыскании финансовых санкций в виде до начисленных сумм акцизов и налога на добавленную стоимость.

5 См. Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24 сентября 1996 года № 1668, письмо Государственной налоговой службы Российской Федерации от 6 мая 1996 года № 11-05/112.

6 См. Указ Президента Российской Федерации от 21 ноября 1995 года № 1166, Закон Российской Федерации "О подоходном налоге с физических лиц" (с изменениями и дополнениями на 31 декабря 1997 года).

Суда Российской Федерации от 22 октября 1996 года № 2872/95 говорится о финансовых санкциях "в виде заниженной прибыли, штрафов и пени", а в его же постановлении от 9 июля 1996 года № 8025/95 - "о взыскании заниженной прибыли и финансовых санкций" (выделено нами). Очевидно, что в последнем случае сумма заниженной прибыли остается как бы за рамками финансовых санкций;

Государственная налоговая служба f Российской федерации в одном из своих писем указывает на финансовые санкции, включая пени, в другом 2 - финансовые санкции и пени; у Центрального Банка Российской Федерации такое двойственное отношение к штрафу 3;

Федеральная служба занятости Российской Федерации в своих документах говорит отдельно о финансовых санкциях, штрафах и пени; федеральный фонд обязательного медицинского страхования, Пенсионный фонд Российской федерации и Фонд социального страхования исключают из состава финансовых санкций пени 5.

Следует отдельно отметить, что штраф и пеня, как элементы финансовых санкций, рассматриваются, очевидно, и Советом Федерации Федерального Собрания России. Такой вывод, на наш взгляд, можно сделать из смысла пункта 29 Повестки дня девятого заседания Совета Федерации, который гласит: "Информация Правительства Российской Федерации о состоянии дел с взиманием пеней и штрафов за нарушение налогового законодательства Российской Федерации и предпринимаемых мерах по снижению уровня финансовых санкций".

1 Письмо от 24 ноября 1997 года № КУ-6-09/823.

2 Письмо от 13 ноября 1996 года № ВГ-6/07/411.

3 См., например, письма Центрального Банка Российской Федерации от 16 июля 1996 года № 305 (с изменениями на 31 декабря 1997 года), от 21 июня 1996 года № 144-96, Указания Центрального Банка России от 14 ноября 1997 года № 27-у.

4 См., например, Приказ Федеральной службы занятости от 16 июня 1993 года № 74.

5 См., например, Закон Российской Федерации "Об исполнении бюджета Пенсионного фонда Российской Федерации за 1994 год", письмо Федерального фонда обязательного медицинского страхования от 18 августа 1995 года № 2-1375, постановление Фонда социального страхования от 4 февраля 1997 года № 14.

Категория "санкция" является непременным атрибутом юридической ответственности, и ее форма конкретизирует вид такой ответственности. Однако во всех рассмотренных автором документах (более 300) понятие финансовых санкций как бы дистанцировано от видов ответственности или употребляется наряду с ними. Так, в соответствии с пунктом 4 статьи 11 утратившего силу с 1 января 1999 года Закона Российской Федерации "Об основах налоговой системы в Российской Федерации"2 в случае неисполнения налогоплательщиком своих обязанностей их исполнение обеспечивается мерами административной и уголовной ответственности и финансовыми санкциями в соответствии с настоящим Законом. Из указанного положения, очевидно, следует, что предусмотренные финансовые санкции не являются санкциями административной или уголовной ответственности. В таком случае, это что? Гражданско-правовая, дисциплинарная или какая-либо специальная ответственность?

Сложившаяся ситуация с использованием понятия "финансовые санкции" в нормотворческой и правоприменительной практике имеет много причин: от непонимания сущности указанного понятия до пренебрежения законодательной техникой и

1 Постановление Совета Федерации Федерального Собрания России от 17 июля 1996 года № 259-СФ.

2 "Российская газета", 29 июля 1997 года.

законами русского языка. Оставляя в стороне анализ этих причин и их критику, укажем, что правильный ответ на поставленные вопросы является основополагающим для органов, применяющих финансовые санкции, поскольку, как мы уже отмечали, процессуальная форма их применения определяется видом ответственности. Указание в нормативных актах на возможность применения финансовых санкций и одновременное отсутствие четкой "привязки" их к виду ответственности закономерно ставит в тупик правоприменителя. Характерным примером подобной ситуации явился запрос в Конституционный Суд Российской Федерации Дмитровского районного суда с требованием признать неконституционными ряд положений Закона Российской Федерации "О применении контрольно-кассовых машин при осуществлении денежных расчетов с населением", обязывающих налоговые органы налагать штрафы на предприятия и физических лиц, виновных в нарушении указанного Закона, но не регламентирующих порядок наложения таких штрафов. Обосновывая свой запрос, заявитель указал на неопределенность в вопросе о том, в какой форме судопроизводства должны рассматриваться дела данной категории, что, в свою очередь, приводит к нарушению конституционного принципа равенства всех перед законом и судом. В данном случае, чтобы разрешить поставленную проблему, Конституционному Суду пришлось устанавливать в ходе судебного разбирательства правовую природу ответственности, закрепленную упомянутым Законом. При этом Суд, исходя из характера правоотношений, сделал вывод о ее публично-правовой природе и о том, что судопроизводство по делам, связанным с рассмотрением деяний, предусмотренных оспариваемыми положениями, должно быть административным судопроизводством. Таким образом, в данном конкретном деле правоприменитель получил ответ на поставленный им вопрос.

Между тем такой же вопрос остается открытым при применении финансовых санкций, предусмотренных названными законами и иными нормативно правовыми актами. Универсальное решение проблемы, на наш взгляд, может состоять в понимании финансовых санкций как обобщающего понятия мер государственного принуждения, связанных с взысканием денежных сумм с нарушителя, применяемых в различных видах ответственности. Такого рода санкции применяются в уголовно-правовой, административно-правовой, гражданско-правовой, дисциплинарной ответственности и в ответственности по трудовому законодательству. Следовательно, порядок применения таких санкций должен определяться характером норм, регулирующих ответственность за их нарушение.

1. См. постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 12 мая 1998 года по делу о проверке конституционности отдельных положений абзаца шестого статьи 6 и абзаца второго части первой статьи 7 Закона Российской Федерации от 18 июня 1993 года "О применении контрольно-кассовых машин при осуществлении денежных расчетов с населением" в связи с запросом Дмитровского районного • суда Московской области и жалобами граждан, "Российская газета", 21 мая 1998 года.